Мнение эксперта: Алла Кудзиева о развитии украинской моды и о том, как изменилась индустрия за 10 лет


Алла Кудзиева – основательница и креативный директор агентства Kuku Buro, которое занимается бренд-менеджментом. Также она и ее команда создали социальный проект The ПТУ, его цель – дать студентам, которые обучаются на специальности швея, технолог и закройщик, релевантные знания, соответствующие требованиям и современным запросам модной индустрии. За ее плечами – более 10 лет опыта в модной индустрии: от байера до бренд-менеджера, и именно у нее мы решили поинтересоваться, какие изменения произошли в моде и как украинским брендам удержаться на плаву в мире диджитальных и социальных изменений. 

 


Какие изменения в моде вы бы отметили за последние 10 лет, которые больше всего повлияли на ее развитие? 

Самое большое изменение, которое произошло в индустрии, – это скорость. Это то, что коснулось всех и везде: от производства коллекций до работы «байер – продавец». Скоро мы уйдем от заказа коллекций за год или за сезоны для байера – все происходить намного быстрее. Очень быстро меняется время и желания потребителей, а бренды стремятся им угодить. Это влечет за собой изменения в технике, бюджетах, ежедневной работе бренда и дизайнера. Именно поэтому технологии я бы вынесла на второе место после скорости среди изменений.

Технологии – это то, что изобрели за последние 10 лет, может и раньше, но дотестировали за последние 10 лет. В Украине, где долгое время не было ни знаний, ни доступа, наконец стали доступны те же технологии, что и во всем мире. И это также меняет работу бренда. Это влияет и на бизнес, креатив и моду: любая техника, которая позволит быстрее создавать выкройку и тиражировать ее в размере, сейчас более интересна бренду и бизнесу, чем поиск хорошего талантливого закройщика. По той причине, что найти его практически нереально. Поэтому технологии – это вторая история, а третья – возраст.

Это не молодое поколение, о котором говорят сейчас все. Да, они больше всего в информационном потоке, но это поколение вне географии: оно находится в пространстве, в интернете, в Инстаграме, в Тик-токе и не привязано к конкретной точке.

С ними достаточно тяжело работать: ты бежишь за этим поколением, соответственно, всегда не успеваешь. Этот возраст подтолкнул бренды к тому, что они перестали так строго разграничивать возрастные категории. Категория взрослой одежды, костюмной просела в производстве и продажах. Молодежь снизила возраст стиля и одежды.

Но при этом есть отдельное поколение – 55+, которое сейчас пересматривает себя. Оно наконец-то поняло, что Советский Союз окончательно ушел, и молодежь им в этом помогла. Также возраст жизни меняется и во всем мире. 90-100 лет уже становятся нормой для жизни человека. Соответственно, люди, которые выходят на пенсию в 55-60, активны, интересны, у них нет того опыта, который есть у молодежи, но они от своего активного, живого, голодного мозга будут осваивать новые технологии. Их накопленный опыт смешивается с новыми технологиями, молодым зазором и скоростью, которую задает молодежь. Мне кажется, этот возраст тоже многое может поменять.

И на четвертое место я бы поставила изменение экологии и социологии. Идея ответственного потребления за последние 10 лет очень развилась. В Америке – раньше, в Европе – за последние 10 лет, а мы только начали. Но это неизбежное изменение. Тут, как мне кажется, влияние будет очень сильным. Пока социум кричит об этом громче, чем действует, но это создает пиар и инструменты развития для бренда. Сейчас в Европе есть специальные отметки, которые получают экологичные бренды или те, которые стремятся такими стать. Если у тебя есть такой значок, с тобой обязана встретиться любая европейская компания. Например, если я хочу прийти в итальянский Vogue и у меня будет этот значок, я могу туда прийти. Как минимум, это нетворкинг, который фантастически полезен, и мотивация стать более экологичным. Это влечет за собой неожиданные последствия. Мне кажется, что буквально еще пару сезонов, и условный показ Dolce&Gabbana и Chanel заклюют за то, что в 15 минут времени вкладываются миллиарды долларов. Это не рационально, когда какая-то страна умирает от голода. Соответственно, подтянется и вся индустрия. Все эти влияния пока очень волнообразные, их сильно шатает, они еще не устаканились. А для Украины – так и подавно, потому что в Украине сначала экономику нужно полечить, а потом уже пойдут и экология, и социология. Европа тут впереди, потому что экономика у них на уровне. Это из таких изменений за 10 лет, которые я выделила для себя.

Актуальны ли эти тенденции для Украины? Что стоит делать украинским брендам, чтобы выйти на внешний рынок? 

Чтобы украинские бренды выходили на внешние рынки и могли там хорошо себя чувствовать и развиваться, нужны две основные вещи: качество продукта и уникальность этого продукта. Потому что постреволюционный флер прошел за несколько лет, и теперь покупать украинское только потому, что это украинское, – это не причина.

Эти две проблемы – качество и уникальность – все еще актуальны для Украины, потому что мы все еще не делаем того качества, которое делает Max Mara, например, а это важно, потому что ценник у нас уже такой же практически, как у Max Mara.

Второе – почему именно этот бренд? Почему именно украинская история? История уникальности, мне кажется, для Украины – «золотой ключик» сейчас. И им нужно очень классно и своевременно воспользоваться. Самое сильное, что может нас отличить внешне, – это богатейшая этника. Но мы ее не используем на современный лад, то есть, не только вышиванки, по которым все два года фанатели, а действительно новая подача украинского фольклора. То, как делает это делают ONUKA, Alina Pash в музыке. Это такая адаптация, но абсолютно этнических вещей. Вот fashion – это тот инструмент, которым обязан воспользоваться каждый бренд. Потому что когда вы догоняете чью-то экономику, вы все равно догоняете. Там этому учат, а мы уже учимся у них.

Поэтому мы все равно будем идти по следу кого-то. Но именно креатив – творчество – дает возможность придумать, изобрести что-то такое, что может нас с последнего места поставить на первое.

Я за эту креативную историю, в которой, я считаю, украинцы очень классные. Мы действительно очень творческие и талантливые, и вот именно изобретение чего-то здесь и желательно связанное с нашим фольклором даст Украине возможность широко шагнуть. Потому что сейчас о нас узнали, есть десять имен, которые слышно. Это 10 вещей, которые получают стилисты, это еще не большие поставки, а маленькие байерские закупки, которые не позволяют бренду выстроить качество. Потому что с таким количеством заказов он не может создать качество, получается замкнутый круг.

Поэтому изобретательство, креатив и этнику я бы поставила за цель вообще на следующие 10 лет в Украине. Мне кажется, это наша сильная сторона и тот курс, за который стоит уцепиться.

У нас нет своего сырья, нет своей фурнитуры, у нас правда все еще не очень хорошее качество продукта, все еще не уникальный дизайн. То есть рубашка везде рубашка. Если мы шьем четыре рукава, то это не сделается нашей отличительной чертой. Креативное развитие я подсматриваю в последние годы в Голландии, потому что они сделали креатив круче, и любой креативный человек, тот, который может вообразить, создать, он сейчас важнее, чем директор, который будет управлять. Потому что делать бизнес-планы на годы вперед бессмысленно – все меняется так быстро и иногда так резко, что только быстрая реакция и перестройка помогут украинскому бренду выжить в ближайшие несколько лет.

Грузинские дизайнеры сейчас очень успешны, и о них тоже заговорили в последние 2-3 года. В чем, как вы думаете, их феномен? 

Они с гордостью дали грузинский дизайн, а мы дали дизайн вещей. Мы дали просто платья, рубашки – стандартные категории, но за очень короткий срок. За 2016 год в Украине появилось почти 3000 дизайнеров, и за счет революции и такого количества произошел бум украинских брендов. Но это сложно назвать здоровой конкуренцией, потому что их просто было много, все это было в Инстаграме, а клиентов не появилось больше, чем было. Это создало очень быструю фильтрацию. Те, кто остались, стали гораздо сильнее, потому что они выстроили и стали узнаваемым брендом. Но все равно это еще не делает их полноценным бизнесом и еще не позволяет им продаваться так масштабно, как это возможно. И опять мы возвращаемся к дорогой цене.

Как вы думаете, что позволило украинской моде вообще заявить о себе? Теперь наши имена знают в мире, наши дизайнеры устраивают показы на мировых Неделях моды, что стало толчком?

Толчком стали люди. Я не историк моды, и украинской тоже в том числе, но мое субъективное наблюдение в том, что есть некое начало. Зарождение UFW и есть этот первый шум имен, некоторых уже и не слышно. Ukrainian Fashion Week – первые открытые окна в Украину и заявление о том, что fashion здесь есть. Потом долго все было на одном уровне. И тут появляется Даша Шаповалова, а вместе с ней – уже более широко открытая дверь. Она широко открыла дверь даже не украинцам, а чтобы на Украину кто-то посмотрел извне. Следующим этапом была некая внутренняя конкуренция между Ukrainian Fashion Week и Mercedes-Benz Kiev Fashion Days. Это круто сработало для дизайнеров, потому что за них стали бороться два разных подиума. Их это вдохновило, они также между собой конкурировали, хотели приковать к себе внимание, и это дало такой новый виток – они стали качественнее, круче, интереснее. Я правда считаю, что это была очень крутая конкуренция для рынка и ощутимый шаг, который почувствовался в разнице, потому что Mercedes привлек очень много молодых дизайнеров. Они выросли и за счет того, что конкурировали, качество очень сильно росло. И потом уже, я думаю, появились смелые люди. Это те неустанные, которые горели, которые прошли и пробили некую брешь – Литковская, Багинский, Гузема – те, кто принципиально отнеслись к своей работе и делали очень крутые вещи. Они не пошли за коммерцией и доказали, что в Украине есть действительно очень крутые вещи. Эта дверь наконец-то распахнулась, и когда поставки будут уже тысячами единиц, это будет тот этап, к которому все должно было прийти. Мне кажется, Украина достаточно быстро этого достигнет. Те же «ВСІ.СВОЇ» были тоже хорошим толчком, своевременным. Они дали платформу многим брендам, которые развиваются и «наращивают» качество. Но я все-таки считаю, что без экспорта все эти бренды не способны выжить как бизнес.

Только экспортируя, продавая за границу мы сможем развивать украинские бренды. А для этого нужны качество и уникальность продукта.


Читайте также:

Профессия стилист: что самое важное в работе и где искать первых клиентов? – рассказывает Марина Мартынив