В новой книге о Карле Лагерфельде раскрыт факт того, что его родители были нацистами

В издательстве C.H.Beck вышла новая книга о Карле Лагерфельде под названием Karl Lagerfeld: Ein Deutscher in Paris («Карл Лагерфельд: немец в Париже»). Ее автором стал корреспондент немецкой газеты Frankfurter Allgemeine Альфонс Кайзер. 
383-страничный немецкоязычный фолиант, посвященный общественной и частной жизни дизайнера, уже произвел фурор в Германии после публикации отрывка, из которого следует, что родители Лагерфельда были членами нацистской партии.

Автор книги, Кайзер, был заинтересован в том, чтобы разобраться в тщательно выстроенном публичном образе Лагерфельда, а также в развенчании некоторых популярных немецких мифов о моде.


Они думали, что он был как денди, декадентский парень со слишком большими деньгами, и при этом ничего не делал. Но, как вы знаете, он был очень трудолюбивым, – объясняет он.

И это то, что я тоже хочу показать, что он работал со столькими брендами, с такой энергией, и он действительно был очень хорошим мотиватором, – вспоминает он. – Он был отличным начальником. Вот почему многие люди действительно долгое время работали вместе с ним.


За 13 месяцев исследований, начавшихся в марте 2019 года, Кайзер провел более 100 интервью с одноклассниками, друзьями, коллегами, деловыми партнерами, соседями и журналистами.


И я поговорил с некоторыми из его родственников, что было не так просто, как я думал, потому что многие из них были немного обижены на него, так как он говорил несколько высокомерно о людях из своего прошлого и о некоторых членах своей семьи, – рассказывает Кайзер.


Среди них были Гордиан Торк, внук тети Лагерфельда Фелиситас Бальманн, и Тома Шуленбург, дочь его сводной сестры Теи. Кайзер обнаружил множество документов и фотографий, проливающих новый свет на детство Лагерфельда в Бад-Брамштедте, небольшом городке примерно в 25 милях к северу от Гамбурга.


Они переехали в деревню в 1934 году, когда ему был всего год, и, конечно же, в деревне они выделялись, потому что его отец был богат, –– объясняет он.


Отто Лагерфельд был успешным бизнесменом, который управлял Glücksklee, производителем сгущенного молока, а его мать Элизабет была бывшим менеджером по продажам в универмаге Гамбург с сильным чувством стиля.


Думаю, моя книга действительно показывает, что Карл получил два основных источника своих способностей от матери, с одной стороны, и отца, с другой: бизнес и стиль. Оба они объединились в нем, потому что он был не только великим дизайнером, но и, конечно, великим бизнесменом, –– рассуждает Кайзер.

Среди писем, отправленных Элизабет Лагерфельд ее сестре Фелиситас, которые сейчас находятся в распоряжении Торк, был ранее невидимый пятистраничный печатный документ под названием «Почему я стал членом N.S.D.A.P.?» –– немецкое сокращение от Национал-социалистической немецкой рабочей партии. Хотя письмо не подписано, Кайзер считает, что его автором является именно мать Карла, поскольку она часто печатала свои письма.


В документе Элизабет Лагерфельд объясняет, как ее первоначально соблазнило обещание Адольфа Гитлера восстановить порядок и экономическое процветание после хаоса по окончанию Первой мировой войной, но что она разочаровалась в партии, когда увидела, как евреев собирают для депортации в Гамбурге. В 1941 г.
«Она увидела это и подумала: «Это не может быть правдой»». И в этот момент она поняла, что это плохая идеология, и что она ей больше не нравится. Она перестала носить партийные знаки отличия. Хотя Кайзер отмечает, что она не отказалась от членства в партии из-за страха перед репрессиями.

После войны мать Лагерфельда заявила в официальном документе, что никогда не была связана с нацистами. Отто Лагерфельд, с другой стороны, объяснил властям, что он был членом партии с 1933 по 1945 год в интересах своей компании, что в то время было обычной практикой среди бизнесменов.

Учитывая хорошо известный исторический контекст, Кайзер был удивлен реакцией на это откровение. Немецкий таблоид Bild во вторник опубликовал статью под заголовком «Нацистская тайна его семьи» вместе с фотографией, на которой Карл, которому тогда было четыре года, смотрит на флаг со свастикой, который его родители подняли в знак аннексии Австрии в 1938 году.

В Германии не так много людей, которые были бы столь же знамениты, как он, и поэтому, конечно, они так говорят, но в каком-то смысле это неверно, поскольку предполагает, что это скандал. Но это вовсе не так. Быть членом нацистской партии было нормальным делом — это правда о истории Германии, –– рассуждает Кайзер.

Сам Лагерфельд часто романтизировал свое детство, хотя Кайзер говорит, что не знает, было ли известно дизайнеру, которому в конце войны было 11 лет, о политических взглядах своих родителей. В отличие от многих других мальчиков в его деревне, Лагерфельд не принадлежал к движению гитлерюгенда.

Большинство немцев действительно не говорили обо всем этом после войны. Вот почему я думаю, что он, вероятно, не знал, что происходило в эти годы, и более того, он сказал, что его родители не говорили с ним о политике, –– говорит он.

Пьерпаоло Риги, главный исполнительный директор бренда Karl Lagerfeld, говорит, что, несмотря на шум, книга Кайзера станет исчерпывающим отчетом о жизни Лагерфельда.

Я действительно думаю, что это, наверное, одна из самых разносторонних книг, если не самая разносторонняя книга, которую я читал о Карле, –– говорит он, –– Книга действительно хорошо отражает жизнь Карла, его личность и его работу, и она действительно вдохновляет читать и дает людям много контекста, разные точки зрения. Он раскрывает то, о чем они не слышали, но не сенсационным образом. Она написала, чтобы действительно лучше узнать Карла.

Размышляя об остром уме и еще более остром языке Лагерфельда, Кайзер считает, что дизайнера сформировали его чрезвычайно требовательная мать и опыт издевательств в школе в подростковом возрасте.

Элизабет Лагерфельд была очень строгим человеком, очень жесткой, очень требовательной к своему сыну. Но для него это было не только разочарованием, но и сильной мотивацией.


Он посвящает целую главу под названием Demütigung («Унижение ) школьным годам Лагерфельда. Одиночка, который предпочитал рисовать эскизы вместо занятий спортом, он подвергался буллингу со стороны других мальчиков, которые инстинктивно отвергали его изысканную одежду и аристократические манеры.


Он был «хорошим» парнем. Это значит, что он не был похож на других, а значит, он был геем. Думаю, в те дни не было слов, чтобы описать это. Он всегда говорил, что его мать была очень либеральна в этом вопросе и ей было все равно, – объясняет Кайзер.

Но, конечно, он столкнулся с обидой, ненавистью, с домогательствами со стороны других мальчиков, – добавляет он, –
Я думаю, что это действительно повлияло на его личность, так как он пытался надеть маску, чтобы больше не подвергаться издевательствам. Это немного парадоксально, поскольку маска, которую он разрабатывал на протяжении десятилетий, сделала его знаменитым. Но это было похоже на щит.


Кайзер не раскрыл загадки, почему Лагерфельд, приехав в Париж, говорил, что ему меньше лет, чем на самом деле. Он убавлял себе пять лет. Автор отмечает, что Рафаэле Бакке, опубликовавшая в прошлом году французскую биографию Лагерфельда, считает, что это было из-за конкуренции с более молодым Ивом Сен-Лораном.

Он, с другой стороны, считает, что это может быть связано с нацистским прошлым Германии.

Я слышал, как он однажды сказал: «Я родился в ужасном году», то есть в 1933 году, потому что в этом году к власти пришли нацисты, – говорит Кайзер, – Это невозможно доказать, но вероятно, это одна из причин, по которым он убавил себе пять лет и говори, что родился в 1938 году.


Источник: WWD


Читайте также:
Наталья Водянова поделилась первыми снимками со свадьбы с Антуаном Арно – сыном владельца самого прибыльного конгломерата LVMH

Похожие материалы