Вдохновение, Интервью, Мода, Новости моды

Ким Джонс о Dior, гендере в модной индустрии и почему он возродил сумку-седло

Валерия Снесарь

В 2003 году Ким Джонс запустил свой одноименный бренд мужской одежды. За этим последовала работа в Alfred Dunhill и Louis Vuitton. С тех пор, как Джонс стал креативным директором Dior Men, масштаб его влияния увеличивается в геометрической прогрессии.

На конференции  Forces of Fashion, где Ким Джонс рассказал о том, как впервые заинтересовался модой, о наследии Кристиана Диора и любви к работам Джона Гальяно.

О любви к моде:

В детстве я кочевал со своей семьей по всему миру. И за это я своим родным очень благодарен, потому что мне удалось увидеть много удивительных вещей. Когда я вернулся домой, то увидел у моей сестры все выпуски The Face и i-D. Я тут же решил, что хочу быть частью этого мира. Я был креативным ребенком и не хотел заниматься зоологией или чем-то таким.
Я начал изучать графический дизайн, но он показался мне скучноватым. Я пошел к Луиз Уилсон (профессор и директор магистерского курса моды в Central Saint Martins. – Прим. ред.), которая была моей близкой подругой, с портфолио, на что она сказала: «Зачем тебе это нужно? Ты можешь сделать все самостоятельно». Я ответил, что мне нужно немного времени и практики. Луиз взяла меня на магистратуру. Поскольку я заплатил за это сам, я очень много работал. У меня была работа на неполный рабочий день, поэтому в колледже я старался успеть как можно больше. Я просто целиком погрузился в учебу. Я думаю, что Луиз восхищалась моим трудолюбием и моими исследовательскими навыками. А еще я постоянно рассказывал ей о разных интересных вещах, и она постоянно недоумевала: «Откуда ты это взял?» или «Как ты узнал об этом?».
Когда я ушел из колледжа, я провел выставку в Pineal Eye, и Джон Гальяно купил довольно много вещей из моей коллекции, а затем я встретил Ли Маккуина, который всегда меня ободрял и был мне как старший брат.

О поиске вдохновения:

Я смотрю на все вокруг.  Мне интересно все: видеть разные места, разных людей, постоянно быть с открытыми глазами – это может быть книга, человек, разговор, я люблю слушать людей… Свободное время я стараюсь наполнить новыми эмоциями и впечатлениями, поэтому я постоянно ищу и посещаю отдаленные места и вижу удивительные вещи. У вас рождается много креативных идей, когда вы проводите время наедине с собой и находитесь вне рабочей среды.

Об амбициях:

Я всегда хотел быть арт-директором какого-нибудь роскошного модного дома, потому что мне нравилось создавать красивые вещи и совершенствовать свое мастерство. Что мне нравится в этой работе, так это то, что у меня есть Дом с его историей и вещи, с которыми я могу делать все что угодно. И команда – у меня работают лучшие люди в мире, чтобы создавать самые красивые вещи. Это то, что приносит мне удовольствие.


О Louis Vuitton:

В Louis Vuitton меня нанял Марк Джейкобс. Это была действительно работа моей мечты, и я чувствовал себя ребенком в кондитерской, который мог творить сумасшедшие вещи. Для моего последнего шоу в Vuitton мы сделали круглый подиум. А надо сказать, что я на самом деле довольно стеснительный, и я ненавижу финальную проходку. И вот Кейт Мосс сказала: «Я пойду с тобой», а затем Наоми Кэмпбелл предложила: «Давай я пойду с тобой». На самом деле я смотрел на то, что делал Марк Джейкобс, когда он начинал в Louis Vuitton, на все эти его тренчи с монограммой. Я сделал нечто подобное, решив таким образом выразить ему свое уважение, ведь Марк был человеком, который дал мне работу. Это был такой знак благодарности.

О гендере в модной индустрии:

Я думаю,  что это больше не актуально. Носите то, что хотите. Мне нравится видеть людей в моей одежде. Я люблю наблюдать за тем, как стилист сочетает мои вещи  для съемки в журнале или как ее носит ребенок на улице.

О Dior: 

Для меня это бренд высшего эшелона – его кутюрные архивы, ателье по пошиву мужской одежды, пожалуй, единственное в Париже. Я смотрю на это через призму жизни Кристиана Диора, а не просто как на бренд. Я работаю с художниками, потому что в течение 15 лет Диор был галеристом и работал с Пикассо, Максом Эрнстом, Сальвадором Дали. Мне кажется, это интересный подход, так как я тоже люблю искусство и коллекционирую его. Кроме того, как и Кристиан, я люблю природу. Мы собрали такие ключевые элементы, как, например, туаль-де-Жуи, которая была в первом магазине Dior в Париже. Мне нравится работать с художниками, потому что они видят мир по-другому. Это то, чем является Дом, и то, какой была жизнь Кристиана Диора. Когда мы работаем с художником, то начинаем думать по-другому. Это способ создавать и чувствовать по-новому.
Модный Дом Dior был основан после войны. Он создавал праздничную одежду, и это именно то, что нужно было в то время. Когда я вижу, что он создал за 10 лет… Я даже не смотрю на других дизайнеров, потому что в самом модном Доме Dior есть столько всего, чем можно вдохновляться. 

 

О возрождении сумки-седла:

Я решил возродить сумку-седло, потому что, когда я учился в колледже, Джон Гальяно был для меня кумиром, стильным дизайнером. То, что он делает в Margiela, потрясающе! Я решил воссоздать эту сумку, потому что у меня с ней связана личная ассоциация с миром моды.Чтобы придать ей более современный вид, я попросил Мэтью Уильямса, который делает Alyx, поработать над пряжкой, а затем Юн (директор отдела ювелирных изделий Dior Men. – Прим. ред.) поработать над украшениями. Вообще мне нравится то, что я сотрудничаю с людьми, которыми восхищаюсь и которые являются моими друзьями. И меня радует, что мы создаем актуальные красивые вещи.


Фото: instagram/mrkimjones


Читайте также:

ТОМ ФОРД О БУДУЩЕМ АМЕРИКАНСКОЙ МОДЫ, ВРЕДЕ INSTAGRAM И ПОЩЕЧИНЕ ОТ КЛИЕНТКИ